Семью Махлаев обложили со всех сторон

Print More
Одиннадцатый арбитражный суд рассмотрит апелляцию Евгения Седыкина

Одиннадцатый арбитражный суд рассмотрит апелляцию Евгения Седыкина на решения «альтернативного» собрания акционеров «Тольяттиазота» и его назначении на должность главы совета директоров компании

Одиннадцатый арбитражный суд рассмотрит апелляцию Евгения Седыкина«Тольяттиазот» (ТоАЗ) – уникальное предприятие. Не только тем, что это один из крупнейших в мире производителей аммиака и владелец единственного в России аммиакопровода, проложенного из Тольятти в Одессу. И не тем, что это стратегическое производство с оборотом в десятки миллиардов рублей. На протяжении 10 лет вокруг ТоАЗа не утихают акционерные войны, а основные собственники, Владимир Махлай и его сын Сергей, все это время управляют бизнесом из-за границы.

При взгляде со стороны ТоАЗ производит впечатление вполне успешного, стабильно работающего предприятия. В 2015 г. его чистая прибыль выросла на 44,3%, до 21,7 млрд руб. В первом полугодии 2016 г. завод увеличил объемы производства аммиака на 13%, карбамида – на 24%. Реализуется большая инвестиционная программа: например, в порту Тамань строится новый перегрузочный комплекс – как альтернатива аммиакопровода на Украину.

Вместе с этим, суды завалены исками миноритариев о нелегитимности действующего руководства предприятия. В прошлом году даже прошло альтернативное собрание акционеров ТоАЗа, на котором был избран новый глава совета директоров и гендиректор. Смена власти тогда не удалась, но попытки продолжаются. «Ко» проанализировал шансы собственников предприятия сохранить над ним контроль.

Бывший сосед

Одиннадцатый арбитражный суд 15 ноября рассмотрит апелляцию Евгения Седыкина на решения «альтернативного» собрания акционеров ТоАЗа и его назначении на должность главы совета директоров компании. Он владеет 0,00019% акций ТоАЗа и в прошлом году учредил оргкомитет «Тольяттиазот-2015», от имени которого и выступает против основных собственников предприятия. Получить комментарий у Евгения Седыкина не удалось, а в оргкомитете отказались обсуждать с «Ко» эту тему.

В прошлом году официальное годовое общее собрание акционеров ТоАЗа, назначенное на 22 ноября, не состоялось из-за отсутствия кворума. Но в тот же день Евгений Седыкин провел свое собрание акционеров завода. На нем, в частности, была «незаконно ликвидирована» управляющая компания ТоАЗа – ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» – и назначен новый генеральный директор – Сергей Челышев. В фиктивный совет директоров вошли сам Евгений Седыкин в должности председателя, а также еще четыре человека. Это бывшие работники ТоАЗа или аффилированных с ним компаний. Арбитражный суд Самарской области приостановил действие решений, принятых альтернативным собранием акционеров. В судах различных инстанций в этом году находилось около десятка дел, связанных с действиями Евгения Седыкина. Рассмотрение апелляций продолжается. «Евгений Седыкин в свое время был связан с предприятием, возглавлял одну из его дочерних компаний, – рассказал «Ко» представитель завода. –  Он считает, что может претендовать на что-то большее, но суды уже неоднократно признавали его действия незаконнными.  Как пояснили юристы ОАО «Тольяттиазот», в октябре этого года Седыкину предъявлено обвинение по трем статьям УК РФ. Тольяттиазот признан потерпевшей стороной. В качестве меры пресечения Седыкину избран домашний арест.

«Тольяттиазот» (ТоАЗ) – уникальное предприятие. Не только тем, что это один из крупнейших в мире производителей аммиака и владелец единственного в России аммиакопровода, проложенного из Тольятти в Одессу. И не тем, что это стратегическое производство с оборотом в десятки миллиардов рублей

«Тольяттиазот» (ТоАЗ) – уникальное предприятие. Не только тем, что это один из крупнейших в мире производителей аммиака и владелец единственного в России аммиакопровода, проложенного из Тольятти в Одессу. И не тем, что это стратегическое производство с оборотом в десятки миллиардов рублей

 

Евгений Седыкин – бывший сосед Владимира Махлая по дому, создатель одного из первых в Тольятти кооперативов, консультировавший гендиректора ТоАЗа в начале 1990-х по вопросам приватизации. Впоследствии он возглавлял аффилированные с ТоАЗом компании.

Источники «Ко», знакомые с сутью корпоративного конфликта, полагают, что сейчас Седыкин не является самостоятельной фигурой и может действовать под прикрытием более сильного игрока. На эту мысль наводит факт, что после проведения так называемого фиктивного собрания акционеров изменения в базу данных ЕГРЮЛ (в части решений совета директоров и назначения нового генерального директора) были внесены буквально за один день, тогда как после назначения законного главы предприятия Вячеслава Суслова на это потребовалось три недели.

Кто может стоять за Евгением Седыкиным? Сейчас об этом прямо не говорят, но указывают на другого миноритарного акционера ТоАЗа – владельца 9,74% акций предприятия компании «Уралхим» Дмитрия Мазепина. Два года назад совладелец и председатель совета директоров ТоАЗа Сергей Махлай обвинял его в попытке рейдерского захвата компании. «Единственная причина, по какой я не могу находиться на родине, – это слова, сказанные мне лично Дмитрием Мазепиным, которые были связаны с организацией уголовного преследования против меня и других топ-менеджеров ТоАЗа, если я не соглашусь на его условия по продаже предприятия, – говорил «Известиям» Сергей Махлай. – Раньше мы решали корпоративные споры там, где положено, – в арбитражных судах, то был джентльменский поединок. Но они решили перейти к силовым методам, их цель – рейдерский захват предприятия». В «Уралхиме» «Ко» не стали комментировать возможные взаимные интересы холдинга и Евгения Седыкина.

Впрочем, на момент проведения Седыкиным собрания акционеров законного председателя совета директоров у ТоАЗа не было. Еще в прошлом сентябре Басманный районный суд Москвы по заявлению Следственного комитета России временно отстранил
с занимаемой должности Сергея Махлая и члена совета, бывшего гендиректора ТоАЗа Евгения Королева. Оба проходят в качестве обвиняемых по уголовному делу о мошенничестве и скрываются от правоохранительных органов в Европе.

Махлай vs Вексельберг

Строительство химзавода возле Тольятти началось в 1974 г. по договору с фирмой «Оксидентал петролеум» американского бизнесмена Арманда Хаммера, симпатизировавшего СССР и лично знакомого с Лениным. СССР расплачивался с инвестором произведенными на заводе удобрениями. При строительстве предприятия одновременно тянули и аммиакопровод в Одессу, откуда через морской порт продукцию экспортировали за рубеж. Генеральным директором крупнейшего в СССР завода по производству аммиака в 1985 г. стал Владимир Махлай. В 1992 г. предприятие приватизировали, Махлай получил 20% акций и таким образом стал крупнейшим акционером ТоАЗа. Тогда же он зарегистрировал в Швейцарии посредническую компанию T+A Farm Corporation Ltd, в совет директоров которой вошли он сам и его жена. В 1995 г. началась приватизация аммиакопровода. Минимущества отдало заводу 51% создаваемой компании «Трансаммиак» в обмен на 6,1% его акций. Впоследствии Самарский фонд имущества продал эти акции российско-швейцарскому СП «Тафко». После этого бумаги были перепроданы трем швейцарским фирмам, в совете директоров которых некоторое время заседал старший сын Владимира Махлая Андрей.

На протяжении 10 лет вокруг ТоАЗа не утихают акционерные войны, а основные собственники, Владимир Махлай и его сын Сергей, все это время управляют бизнесом из-за границы

На протяжении 10 лет вокруг ТоАЗа не утихают акционерные войны, а основные собственники, Владимир Махлай и его сын Сергей, все это время управляют бизнесом из-за границы

 

В чем только не обвиняли гендиректора… В конце 1990-х Российский фонд имущества подал иски о пересмотре итогов приватизации «Трансаммиака». По условиям инвестконкурса, покупатель пакета ТоАЗа должен был протянуть ветку аммиакопровода в Воронеж, но Махлай не подпускал конкурентов к трубе. Бывший генеральный прокурор России Юрий Скуратов назначал проверки валютных операций Махлая. В начале 2000-х у руководства ТоАЗа появилась идея построить на Тамани новый порт, чтобы обезопасить себя от повышения цен на транспортировку сырья украинской стороной. Но в 2004 г. строительство было приостановлено: якобы в результате контрольных проверок выявили нарушения требований законов о строительстве, о промышленной безопасности и охране окружающей среды.

Но главные неприятности для семьи Махлаев начались в 2005 г. Тогда группа «Ренова» Виктора Вексельберга решила создать химический холдинг на базе ТоАЗа. Подконтрольная ей Synttech Group начала скупать акции завода. К апрелю удалось получить 7,5% акций, а нужен был контрольный пакет. И через неделю после собрания акционеров ТоАЗа Федеральная служба по финансовым рынкам России начала проверку по обращению неких миноритарных акционеров, которые утверждали, что у компании исчез реестродержатель. На ТоАЗе начались обыски и выемка документов. В июне было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 199 УК РФ в отношении руководителей ТоАЗа по факту уклонения от уплаты налогов. Следователи решили, что завод продавал швейцарской компании Nitrochem Distribution AG, «дочке» крупного поставщика удобрений Ameropa, аммиак по заниженной цене, благодаря чему Махлай в 2002–2004 гг. недоплатил 280 млн руб. налога на прибыль.

Ameropa AG принадлежит швейцарскому бизнесмену Андреасу Циви, с отцом которого, Феликсом, Махлай познакомился еще в начале 1990-х. Кроме того, припомнили ему и приватизацию «Трансаммиака» и квалифицировали покупку 6,1% акций завода аффилированными фирмами как мошенничество. Государственный ущерб оценили в 3,2 млрд руб.

Именно это уголовное дело заставило владельца ТоАЗа бежать за границу, опасаясь ареста. И не зря. Были возбуждены другие уголовные дела по фактам уклонения от налогов и хищения, а самого бизнесмена объявили в международный розыск. В январе 2007 г. государству даже удалось отсудить контрольный пакет ОАО «Трансаммиак». Но спустя год это решение было оспорено. В 2007-м тольяттинский суд решил, что налоговые обвинения по 2005 г. были выдвинуты незаконно, а в 2008-м арбитражный суд Самарской области признал недействительными требования налоговиков и по 2002–2004 гг. Но Махлай не спешил возвращаться в Россию, продолжая руководить предприятием из Лондона.

Махлай vs Мазепин

В 2008 г. на смену разочаровавшейся в химическом бизнесе «Ренове» пришла группа «Уралхим» Дмитрия Мазепина, выкупившая у Виктора Вексельберга акции ТоАЗа и продолжившая наращивать свой пакет. За 9,74% Мазепин заплатил примерно $300 млн.

Теперь претензии ТоАЗу начал предъявлять «Уралхим», он требует финансовую отчетность и списки акционеров. ТоАЗ сопротивлялся.

ТоАЗ никогда не раскрывал своих бенефициаров, а после проблем с Вексельбергом начал принимать дополнительные меры безопасности: команда Махлая создала многоступенчатую систему офшоров. Акции не только ТоАЗа, но и производящей метанол компании «Томет», принадлежащего семье Циви трейдера Nitrochem Distibution, которые числились на кипрских фирмах, были переданы еще и в доверительное управление офшорам на Британских Виргинских островах, в Сент-Китсе и Невисе, и в Уругвае, за которыми скрывались многочисленные трасты. Среди бенефициаров был только младший сын Махлая – Сергей, получивший контроль над предприятием в 2011 г.

Владимир Махлай в интервью Forbes вспоминал, что Сергей приезжал к нему из США: «Папа, дай мне акции, мы с Андрюшкой поделимся». Оба брата заверили отца, что честно разделят активы. «Я что-то подписал, – вспоминает Махлай-старший. – Но точно ничего не оформлял официально». Получается, что с тех пор Владимир Махлай потерял все права на ТоАЗ. Основным его владельцем стал Сергей. Он же в 2011 г. возглавил совет директоров компании.

Уголовные дела по старым эпизодам в отношении топ-менеджеров ТоАЗа были закрыты в 2010 г., но тут же появились новые дела.

Андреас Циви

Андреас Циви

 

В середине февраля 2010 г. было возбуждено уголовное дело по ст. 165 УК РФ («Причинение имущественного ущерба при отсутствии признаков хищения»), формально инициированное другой компанией, но ее интересы представляли юристы, которые работали на «Уралхим». Еще одно дело по иску «Уралхима» было возбуждено в 2012 г., а затем и в 2013-м. В результате обысков представителям «Уралхима» удалось получить сведения о внешнеэкономической деятельности ТоАЗа. В 2014 г. было возбуждено новое уголовное дело – за злоупотребление полномочиями. По версии следствия, ТоАЗ заключил с ООО «Томет» заведомо невыгодный договор купли-продажи недвижимого имущества – производства метанола с земельным участком, на котором оно расположено. Ущерб, нанесенный предприятию, оценивался экспертами в $1,5 млрд, а государство недополучило 5 млрд руб. налогов.

В декабре 2014 г. суд заочно арестовал руководителей ТоАЗа и их партнеров – теперь уже бывшего председателя совета директоров Сергея Махлая, совладельца Владимира Махлая, главу Ameropa Андреаса Циви, директора Nitrochem Distribution Беата Рупрехта и экс-гендиректора ТоАЗа Евгения Королева. Все пятеро фигурантов уголовного дела разыскиваются Интерполом.

К середине 2015-го по решению судов было арестовано все имущество ТоАЗа, денежные средства и российское имущество компании Ameropa. При этом ни заочный арест акций, ни объявление в розыск не мешает топ-менеджерам и владельцам до сих пор руководить предприятием. «Формально плоскости правовых и гражданско-правовых отношений не пересекаются, – говорит руководитель московского офиса бюро «Ильяшев и партнеры» Владимир Захаров. – Если человек легитимно избран в органы управления, то он продолжает работать до своего переизбрания. В рамках следственных действий можно наложить ограничения на его работу, но формально он продолжает числиться в своей должности». Другое дело, что после того, как материалы расследования передадут в суд, где будет признана вина руководителя, все решения, которые он принимал в период расследования, могут быть оспорены и признаны нелегитимными.

Тяжелая артиллерия

В сентябре прошлого года Махлай обрел серьезную поддержку в лице бывшего президента Калмыкии Кирсана Илюмжинова. Он заявил о контроле над более 70% акций ТоАЗа. И участники рынка посчитали его человеком, способным урегулировать корпоративный конфликт. Илюмжинов пообещал модернизировать ТоАЗ и привлекать зарубежных инвесторов. Якобы с ним связались инвесторы из Юго-Восточной Азии и хотели соинвестировать в ТоАЗ, но побоялись корпоративного конфликта. Поэтому Илюмжинов, по его словам, решил сам вступить в переговоры и выкупить долю Махлаев. Сделка, впрочем, не состоялась. Официально – из-за того, что Илюмжинов не договорился с Владимиром Махлаем о понимании путей дальнейшего развития компании. Но могла быть и другая причина. Бизнесмена включили в санкционный список США, в связи с чем его счета могли быть заморожены. Но в акционерный конфликт вмешалась новая сила.

Председатель совета директоров и владелец швейцарского производителя удобрений Ameropa Андреас Циви (владеет 12,96% акций ТоАЗа) сообщил в октябре прошлого года, что обратился к российским властям (к президенту, в правительство и Минюст) с заявлением об ущербе, причиненном компании. Циви считает, что ущерб, примерно оцененный в $413–453 млн, причинен ему уголовным преследованием в России. Жалоба подана якобы в ответ на действия кипрской компании Uralchem Holdings Дмитрия Мазепина, который, по словам Циви, хочет приобрести контрольный пакет ТоАЗа по заниженной цене. «Создается впечатление, что «Уралхим» оказывает на нас давление с целью вынудить продать ему свою миноритарную долю», – приводятся в сообщении Ameropa слова Циви. В ответ на это представитель «Уралхима» утверждал, что компания не предлагала Ameropa продать свой пакет.

На выход

Заявления партнера Махлаев по бизнесу, компании Ameropa, больше похожи на крик отчаяния, тем более, что судьба поданных в суд жалоб неизвестна до сих пор. Владельцев ТоАЗа обложили со всех сторон. В 2015 г. Мещанский районный суд Москвы в качестве обеспечительной меры в рамках уголовного дела арестовал акции ТоАЗа с запретом списания с них дивидендов. «Конфликт оказывает сильное влияние на работу предприятия. Ему крайне нужны инвестиции для модернизации, а насколько мы понимаем, владельцы больше озабочены тем, как вывести из предприятия деньги для их инвестирования в войну с оппонентами, – говорит Валерий Тутыхин, партнер юридической фирмы John Tiner & Partners (управляет фондом Black Eagle Litigation Fund, который является миноритарным акционером ТоАЗа). – Этап обращений миноритарных акционеров давно закончился. Сейчас идет уголовное следствие, по результатам которого миноритарии, включая Black Eagle Litigation Fund, рассчитывают на возврат обратно в ТоАЗ огромных средств, выведенных в офшоры нынешними контролирующими владельцами». По его мнению, продать акции сейчас нельзя, а офшорную систему владения покупать никто не захочет. «Мы ее достаточно глубоко изучили через частные детективные каналы, чтобы прийти к выводу, что ее покупка будет сопряжена с высочайшими рисками для покупателя. Владельцы ТоАЗа сами так запутали схему (там более четырех слоев, есть трасты, очень много номинальных лиц), что ни один покупатель не сможет провести ее удовлетворительный дью-дилидженс и быть уверенным, что потом не всплывут не раскрытые ранее документы. К тому же, номинальным лицам, обслуживающим Махлаев, хорошо известно, что любые сделки с акциями могут потом быть истолкованы как легализация имущества, а им такой риск не нужен.

«Махлай начинает проигрывать, – констатирует собеседник «Ко», знакомый с ситуацией на ТоАЗе. – Если раньше они выигрывали судебные споры, сейчас это становится все сложнее. Складывается ощущение, что уже само государство выступает против собственников ТоАЗа». Происходит это хотя бы потому, что Следственный комитет расследует дело, по результатам которого в Россию могут быть возвращены сотни миллионов долларов. В условиях кризиса это достаточно веская причина. История российского бизнеса показывает, что уголовные дела против собственников крупных компаний неминуемо заканчиваются передачей предприятий новому владельцу, близкому к Кремлю. Так, Владимиру Евтушенкову пришлось расстаться с «Башнефтью», Юрию Шефлеру – с советскими водочными брендами, а Михаилу Гуцериеву с  «Русснефтью». И семье Махлаев, по всей видимости, придется уступить.

«В сырьевом бизнесе невозможно иметь прочные позиции и претендовать на расширение без поддержки федеральных групп влияния, – говорит директор Центра политологических исследований Финансового университета при правительстве РФ Павел Салин. – Когда федералы планируют экспансию в какую-то новую сферу бизнеса, они не объявляют об этом публично, а выбирают себе представителя и назначают его управляющим новыми активами». Кому достанется в результате очень важный для государства ТоАЗ, также, вероятно, будут решать в Кремле.

Андрей Красавин

Компания

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *