Хозяин Курил

Print

Как член Совета Федерации Александр Верховский курирует рыбохозяйственный комплекс России, включая свой собственный 

Как сделать так, чтобы у тебя все было и тебе за это ничего не было. Портрет явленияАлександр Верховский — член партии «Единая Россия». В Совете Федерации с 2010 года представляет Сахалинскую Думу. До этого много лет был районным депутатом Курильского районного совета депутатов (о. Итуруп). В прошлом году Комиссия СФ по контролю за достоверностью сведений о доходах, представляемых членами СФ, рассматривала обращение Приморского регионального отделения партии «Яблоко» «о возможном предоставлении недостоверных и неполных сведений» сенатором Верховским. С аналогичными заявлениями «яблочники» обратились в налоговую службу и Генпрокуратуру.  Дело в том, что по итогам 2011 года Александр Верховский на сайте Сахалинской областной думы указал, что заработал 226 951 952 рубля. А вот на сайте СФ в декларации за тот же 2011 год им была названа совсем другая сумма — 151 868 498  рублей. Разница — более 75 млн рублей.

Верховский пояснил членам комиссии, что 75 млн — это дивиденды за 2012 год от одного из его рыболовецких предприятий — ЗАО «Курильский рыбак», которые он случайно внес в декларацию за 2011 год. В то же время Генпрокуратура заявила, что, «согласно документам, полученным из ЗАО «Курильский рыбак», 75 млн рублей были предоставлены А.Г.Верховскому в виде займа на 1 год в соответствии с договором от 15 мая 2012 года» в счет дивидендов, причитающихся Верховскому за 2013 год. Членов комиссии СФ эта путаница в показаниях бизнесмена и контролеров не смутила, они единогласно постановили проверку прекратить, поскольку «намерения скрыть информацию» у сенатора Верховского не было.

«Как можно ошибочно не указать подобную сумму? Понятно, что сенатору просто все сходит с рук», — прокомментировал решение комиссии руководитель приморского отделения «Яблока» Николай Марковцев. Кстати, по декларации о доходах за 2014 год Верховский на пятом месте среди сенаторов — 206,6 млн рублей.

В СФ Александр Верховский входит в состав Комитета по аграрно-продовольственной политике и природопользованию. Однако на заседаниях бывает крайне редко, только в случаях обсуждения законопроектов по рыболовству. Например, в 2015 году сенатор Верховский лишь единожды посетил заседание родного комитета. Просто о рыбе в СФ в этом году говорили не часто.

Офис «Гидростроя» в Южно-Сахалинске. Фото: сайт «Гидростроя».Фото: Новая газета

Откуда же такой интерес к рыбе? Да все просто! Верховский — один из крупнейших российских рыбопромышленников. Хотя, конечно, официально все предприятия, где сенатор имеет акции и иное участие, переданы в так называемое доверительное управление. Вот этот скромный список: ЗАО «Гидрострой», ЗАО «Курильский рыбак», ЗАО «Пиленга», ООО «Рефсервис-Сахалин», ООО «Офис-Маркет», ООО «Трансфлот Гидрострой», ООО  «Банк Итуруп», ООО «Ясное-М», ООО «Поронай», ООО  «Гидрострой-М», ООО «Горизонт», ОАО «Пирс-Крабозаводское», ЗАО «Крабозаводск», ООО «Сахалинрыбаксоюз», ПК «Рыболовецкий колхоз им. Кирова», ООО с тем же названием, ООО «Рыболовецкий колхоз им. Г.Котовского-Найба», ООО «Курильский морской исследовательский центр «Марлин», ОАО «Рейдово», ЗАО «Курильское РСУ», ООО «РПП Ирис-2», ООО «АО Тигр», ООО «Юридическая фирма Гестор» и др.

Но что интересно: на Международном съезде рыбаков в 2011 году, уже будучи сенатором,  зампредом Комитета по аграрно-продовольственной политике и рыбохозяйственному комплексу, Александр Верховский фигурировал еще и как советник руководителя Федерального  агентства по рыболовству. Здесь не столь важно — за деньги работал сенатор (хотя это запрещено законом «О статусе члена СФ») или на волонтерских началах. Вопрос в другом:

как вообще один из крупнейших  российских рыбопромышленников и одновременно сенатор, то есть бизнесмен и законодатель, может быть еще и советником в органе исполнительной власти — главной организации по контролю за рыболовством и сохранению водных биологических ресурсов? В чьих интересах владелец десятков предприятий пишет законы и дает советы?

К этому мы еще вернемся.

Сейчас все больше времени Верховский проводит в Южно-Сахалинске, как правило, в офисе компании ЗАО «Гидрострой», которая на 100% является его собственностью. Нет, не прием граждан ведет, у сенатора на Сахалине даже нет своей приемной, хотя «работа с обращениями граждан является прямой служебной обязанностью членов комитетов СФ».

С арестом в марте 2015 года губернатора Сахалинской области Александра Хорошавина, с которым у Верховского давно сложились близкие отношения, а также арестом заместителя губернатора Сахалина, курирующего рыбную отрасль, Сергея Карепкина, у которого с сенатором, как утверждают, еще более доверительные отношения, Верховскому нужно налаживать контакты с новой сахалинской властью. Ведь новый губернатор Сахалина Олег Кожемяко, только заняв должность, прямо сказал: «Междусобойчика в рыбной отрасли Сахалинской области больше не будет»…

Задержанный губернатор Хорошавин доставлен в суд. Фото: РИА Новости

Истоки

Верховский — уроженец Ленинграда. Там же окончил Высшее военно-строительное училище имени Комаровского. С 1984 по 1989 год служил на Курильских островах. Был главным инженером УНР на о. Итуруп (УНР — Управление начальника работ, в просторечии стройбат, занимающееся возведением различного рода объектов для нужд ВС). УНР ликвидировали.  Демобилизовался в звании подполковника. В 1991 году совместно с Григорием Богилой и Сергеем Грязновым создал фирму «Гидрострой», где занялся строительством и рыбопереработкой. Вот что рассказывала в начале 2000-х тогдашняя супруга Верховского Ирина в интервью Российскому телевидению (программа «Акватория восходящего солнца», автор — Елена Масюк):

«Он списанное оборудование купил, когда его часть расформировали. Поскольку он был самым главным инженером, да, он знал всю эту свою технику. Грейдеры, экскаваторы, все, чем он работал, он ее знал. То, что она стоит не те деньги, за которые ее продают. <…> Намного ниже реальной стоимости. Это он тоже понимал».

С этого и начался удивительно успешный бизнес Верховского. Своих бывших компаньонов по бизнесу он постепенно выдавил из компании, став единоличным владельцем «Гидростроя». Самый большой остров Курильской гряды — Итуруп (население чуть больше 6000 человек) — оказался по сути вотчиной Верховского.

«Фактически «Гидрострой» прибрал к рукам все, что им нужно было. Все промысловые участки принадлежат «Гидрострою», рыбопереработка фактически принадлежит «Гидрострою», обслуживание дорог, то есть государственный заказ, который финансируется федеральным бюджетом, — он в руках «Гидростроя». Порт в руках «Гидростроя», расчистка аэропорта тоже у «Гидростроя», гостиница у «Гидростроя», торговля у «Гидростроя». Что у нас не «гидростроевское»? Единственное, что осталось, — это связь и аптека», — рассказывал мне в начале 2000-х бывший председатель Курильского районного совета депутатов (1997—1998 годы) Владимир Кашпрук.

Брошенный в начале 90-х после расформирования радиотехнического полка огромный белый металлический шатер, в котором в советское время находились локаторы, тоже достался «Гидрострою». Вроде бы Верховский хотел сделать там то ли бассейн, то ли тенисный корт, но так и не сделал. Этот шатер долгие годы стоял под замком. И вот наконец в этом году Верховский нашел ему применение. Купол раскрасили в цвета географического глобуса и сделали главной площадкой молодежного форума «Итуруп-2015», ну а компания «Гидрострой» стала принимающей базой для всего форума, на открытие которого даже заехал премьер Медведев.

 

Купол «Гидростроя». Фото: сайт «Гидростроя». Фото: Новая газета

…он же — с новой смысловой нагрузкой. Фото: Новая газета

«Гидрострой» уже давно стал полновластным хозяином Итурупа. В 90-е он являлся единственным подрядчиком по поставке на Итуруп угля, дизтоплива и масла. По просьбе Российского телевидения в 2001 году специалисты криминалистического центра МВД России провели почерковедческую экспертизу документов по оплате в 96—97-м годах фрахта теплоходов «Академик Сельский» и «Академик Невельский» для завоза в город Курильск (о. Итуруп) дизельного топлива. Вот выводы экспертов: «В результате сравнительного исследования было установлено, что рукописные записи, изображения которых расположены в копиях счетов-фактур и копиях коносаментов (коносамент — документ, выдаваемый судовладельцем грузоотправителю в удостоверение принятия груза к перевозке морским путем. — Е.М.), выполнены одним лицом» (см. PDF документов). При этом фирмы, выставившие счета, находились в разных городах России: во Владивостоке, Находке, в поселке Ванино, в Южно-Сахалинске. А сами бланки коносаментов, по мнению экспертов, — поддельные. Тем не менее, документы на поставку топлива в город Курильск были приняты государственными органами района к оплате. Согласно этим документам, ЗАО «Гидрострой» получил за эту операцию 687 миллионов 539 тысяч 116 рублей, что по тогдашнему курсу составляло 118 миллионов 541 тысячу 227 долларов США.

Еще на заре своей деятельности, в 1993 году, «Гидрострой» Верховского заполучил подряд на благоустройство центра Курильска. Компания обещала до 98-го года построить красивые жилые дома, поликлинику, проложить асфальтированные дороги, а аллеи украсить фонтанами и фонарями.

За реализацию этого проекта районный Совет и администрация передали «Гидрострою» четыре невода в устье рек Курилки и Рейдовки, ранее принадлежавших колхозу «Заветы Ильича». Неводы-то «Гидрострой» получил, но вот взамен ничего из обещанного не сделал. Ни домов, ни фонтанов, ни асфальтированных дорог.

Асфальтированные дороги в Курильске появились лишь в этом году (и то только на центральных улица) — к проведению Всероссийского молодежного форума «Итуруп-2015». По данным федерального реестра госконтрактов, на асфальтирование дорог «Гидрострой» в 2013 году получил заказ от Администрации муниципального образования «Курильский городской округ» на сумму 154 643 250 рублей. Не мало, если учесть что Курильск — это совсем небольшой населенный пункт, где проживает (по данным на 2015 год) всего 1670 человек.

Однако и с «Гидростроем» случаются небольшие неприятности. Например, весной этого года компании пришлось возвращать в казну 9,56 млн рублей. По результатам прокурорской проверки выполнения мероприятий Федеральной целевой программы (ФЦП) «Социально-экономическое развитие Курильских островов» было возбуждено уголовное дело по ст. 293 УК РФ («халатность») в отношении главы Курильского городского округа Николая Голюка. Прокуроры установили, что чиновник, заведомо зная, что работы по муниципальному контракту на реконструкцию систем водоснабжения и водоотведения на острове Итуруп выполнены не в полном объеме, подписал акты о приемке работ. Подрядчик — ЗАО «Гидрострой» необоснованно получил 9,56 млн рублей. Однако уже в ноябре 2015 года Администрация муниципального образования вновь заключила с «Гидростроем» договор. Цена вопроса на этот раз — 4 млн 898 тысяч рублей.

Федеральная нецелевая

«Гидрострой» уже долгие годы является фактически единственным подрядчиком по реализации Федеральной целевой программы «Социально-экономическое развитие Курильских островов». Программа начала действовать с 1994 года и продлена до 2025-го. Например, общий объем реального финансирования в 2007—2012 годах, по данным Счетной палаты, составил 27,9 млрд рублей. На эти деньги предполагалось построить и отремонтировать аэропорты, морские порты, школы, больницы, детские сады, дороги, объекты ТЭК и ЖКХ, а также градообразующие предприятия. «Общий объем выявленных недостатков и финансовых нарушений, допущенных при реализации программы, составил 215 млн рублей, в том числе 165,6 млн рублей — неэффективное использование бюджетных средств», — констатировал на заседании коллегии Счетной палаты в феврале 2014 года аудитор Юрий Росляк.  Между тем на дальнейшее развитие Курильской программы из федерального бюджета в 2016—2025 годах запланировано потратить еще больше денег — 29,3 млрд рублей.

Надо сказать, что «изюминкой» строительной деятельности ЗАО «Гидрострой» является то, что компания строит и реконструирует объекты за счет местного и федерального бюджетов.

Но когда на Итуруп приезжают делегации из Южно-Сахалинска или Москвы, то их непременно ведут на рыбоперерабатывающие предприятия, показывают пирс, аэропорт и рассказывают, что все это создано «Гидростроем». Да, «Гидростроем», но на деньги-то федеральной целевой программы. «Гидрострой» просто подрядчик. «Например, рыбоперерабатывающие заводы в Рейдово и в Китово построены на деньги курильской программы, там нет ни одной копейки «Гидростроя», — говорит Кашпрук. Хотя на сайте компании JSC Gidrostroy  и сообщается, что «за счет собственных средств с 1991 по 2011 год построено 4 современных рыбоперерабатывающих комплекса на островах Итуруп, Шикотан, Сахалин».

Сергей Иванов на предприятиях «Гидростроя». Справа — Александр Верховский. Фото: РИА Новости

В 2006 году Счетная палата уже проводила проверку использования бюджетных средств на Курилах и выяснила, что «в 2004—2005 годах на реконструкцию Курильского рыбоводного завода (построенного еще японцами в 1919 году, о. Итуруп. — Е.М.) из федерального бюджета было выделено (в ценах соответствующих лет) 30,09 млн рублей, которые были освоены в полном объеме. Вместе с тем имущество указанного завода было сдано в аренду ЗАО «Гидрострой». <…> При этом арендаторы, являсь коммерческими неспециалиазированными организациями по выпуску молоди ценных рыб, получают возможность закрепления за ними рыбопромысловых участков и получения квот на вылов (добычу) тихоокеанских лососей». То есть, взяв в аренду отремонтированное им за государственные деньги предприятие, «Гидрострой» получил в довесок к этому еще и квоты, и рыбопромысловые участки.

О том, как «Гидрострой» заполучил подряд на реконструкцию Курильского лососевого рыбоводного завода рассказывала газета «Далекая окраина» (№29 (4183) сентябрь 2012 г.). «Гидрострой» предложил самую низкую стоимость работ — на 15% меньше других участников конкурса, указав в заявке расценки 1991 года без учета коэффициента. После этого ФГУ «Сахалинрыбвод» заключило с ЗАО «Гидрострой» договор подряда на реконструкцию завода, но уже с учетом действующих цен 2000 года. Все работы «Гидрострой» брался закончить в третьем квартале 2002 года. За ввод объекта в эксплуатацию в срок и при высоком качестве работ была предусмотрена премия подрядчику в размере 2,73%  от полной стоимости строительно-монтажных работ, которая  затем в договоре подряда была увеличена до 5%.

В итоге завод был сдан только в четвертом квартале 2007 года, то есть с опозданием более чем на четыре года, тем не менее «Гидрострой» свою премию получил. На его счета поступили около 11 млн рублей, почти 5 млн из которых затем были перечислены на счета ФГУ и пошли на премирование сотрудников компании «Сахалинрыбвод».

Кстати, эта информация зарегистрирована в КУСП (Книга учета сообщений о преступлении) ГУ МВД России по ДФО за № 240 от 30.11.2010 г. Но уголовное дело так и не завели. Якобы потому что на момент окончания проверки владелец ЗАО Верховский уже являлся действующим сенатором.

Более того, после реконструкции завод оказался в фактическом управлении у компании «Гидрострой», а часть имущества использовалась им вообще на безвозмездной основе, поскольку при оформлении аренды рыбоводных заводов в Курильске и в Рейдово это имущество не было прописано в соответствуюших договорах. В связи с этим в январе 2010 года было возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 165 УК РФ —  причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием, повлекшего существенные нарушения охраняемых законом интересов государства на общую сумму свыше 10 млн рублей.

Впрочем, история эта для нашего героя не имела продолжения. Как и уголовное дело, возбужденное в мае 2009 года по фактам незаконной добычи ЗАО «Курильский рыбак» и ЗАО «Гидрострой» рыбы сверх выделенных квот и последующей реализацией произведенной из нее икры на сумму не менее 115 млн рублей (Документы имеются в распоряжении редакции). Как и ряд других подобных дел, связанных с деятельностью компаний сенатора Верховского, которые правоохранительными органами Сахалинской области по разным основаниям либо закрыты, либо приостановлены, либо даже не возбуждались.

Строительных дел мастер

Из средств все той же федеральной курильской программы было  профинансировано строительство пирса на острове Шикотан в бухте Крабовая в рамках предложенного «Гидростроем» инвестиционного проекта «Создание мощностей по увеличению добычи водных биологических ресурсов в Сахалино-Курильской акватории с ее последующей переработкой на береговых мощностях». Изначально проект стоил 106,8 млн рублей. Но в итоге вырос до 620 млн.

Тут надо сказать, что восемь лет назад в соседней бухте Малокурильской за счет бюджета уже был выстроен большой пирс, который принимает и пассажирские суда, и грузовые. Этого было вполне достаточно для совсем небольшого острова Шикотан. Пирс же в бухте Крабовая нужен был прежде всего Верховскому для удобства транспортировки грузов на его предприятие ЗАО «Крабозаводск», которое как раз находится в этой бухте.

 

ЗАО «Крабозаводск», остров Шикотан. Фото с сайта «Гидростроя». Фото: Новая газета

В 2010 году для обслуживания пирса «Гидрострой» даже создал отдельное предприятие — ОАО «Пирс-Крабозаводское». И что интересно, в документах ФЦП «Социально-экономическое развитие Курильских островов» не прописано, что этот пирс в Крабовом является собственностью государства. В графе форма собственности — прочерк. Впрочем, также не прописан и собственник дорог Курильск — Рейдово (Итуруп), Южно-Курильск — Головнино (Кунашир), Малокурилькое — Крабозаводское (Шикотан). Хотя реконструкция одной лишь 9-киломметровой дороги Малокурильское — Крабозаводское, например, обошлась бюджету в 365 млн рублей. А общее «формирование автодорожной сети в местах размещения рыбоводных заводов  на островах Итуруп и Кунашир для развития предприятий рыбохозяйственного комплекса» стоило бюджету 1 млрд 177 млн 095 тыс. рублей.

Кстати, именно об отсутствии государственной регистрации прав собственности и прав хозяйственного ведения официального собственника на целый ряд вновь построеных объектов на Курилах говорил на коллегии Счетной палаты и аудитор Юрий Росляк.

Странное расточительство: государство тратит огромные деньги на строительство пирсов и дорог на Курилах, но забывает оформить их в свою собственность.

Летом этого года областная прокуратура в рамках проверки соблюдения законодательства при реализации ФЦП «Социально-экономическое развитие Курильских островов» выявила многочисленные факты нарушения градостроительного законодательства. Например, разрешения на строительство практически всех объектов выдавались без правоустанавливающих документов на землю. Кроме того, прокуратура обнаружила недостоверные сведения, указанные «Гидростроем» при строительстве автомобильной дороги Курильск — Рейдовое протяженностью 13,8 км, общей стоимостью 1,2 млрд рублей. В акте выполненных работ говорится, что при строительстве были взяты 43 пробы верхнего асфальтобетонного покрытия, в то время как при визуальном обследовании автомобильной дороги обнаружено всего 4 следа такого отбора. Прокуроры также отметили, что монтаж одного из ограждений автодороги подрядчиком ЗАО «Гидрострой» был выполнен только во время проведения прокурорской проверки.

Надо сказать , что во время реконструкции этой дороги ЗАО «Гидрострой» в нарушение Закона РФ «О недрах», не имея лицензии на разработку и добычу песка, изымало его из карьера «Рейдовский» Курильского района. В отношении руководителей ЗАО было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 171 УК РФ (незаконное предпринимательство). Сумма дохода, полученная предприятием, по данным следствия,  составила свыше 3 млн рублей. Однако уголовное дело было прекращено в связи со вступившими в силу изменениями российского законодательства, декриминализовавшими подобные преступления.

В этом же году комиссия УФАС признала ЗАО «Гидрострой» нарушившим п. 1 ч. 1 ст. 10 Закона РФ «О защите конкуренции» посредством поддержания монопольно высокой цены  песка с апреля по ноябрь 2014 года. Комиссия установила, что на рынке услуг по реализации строительного песка в географических границах острова Итуруп в течение длительного времени доля  ЗАО «Гидрострой» составляла 100%. Воспользовавшись этим, общество установило монопольно высокую цену. Рост цены на песок за указанный период составил 47%. А значит, это не могло не отразиться на общей стоимости строительных работ на всем острове.

Кстати, этот же песок из того же самого карьера с теми же самыми нарушениями добывался и использовался «Гидростроем» при строительстве аэропорта в городе Курильске (опять же в рамках ФЦП). При проектировании аэропорта предполагалось устройство многометровой «подушки» для взлетно-посадочной полосы, чтобы обеспечить прием тяжеловесных самолетов. Планировалось, что материал для этой «подушки» будет завозиться с Сахалина.  Однако «Гидрострой» решил сэкономить и использовал песок с местного карьера, который по своей структуре не может применяться для строительства подобных объектов. В итоге стройка остановилась на два года в ожидании осадки грунта. Укладка бетонных плит на полосу началась только в 2012 году. Было возбуждено уголовное дело по ст. 171 УК РФ по факту осуществления ЗАО «Гидрострой» предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии) по разработке и добыче песка на участке недр «Рейдовскикй». Дело тянулось почти год и был закрыто. Точно так же — ничем закончились для «Гидростроя» и установленные правохранителями факты незаконной вырубки древесины при строительстве аэропорта «Итуруп».

Тогдашний губернатор Сахалинской области Хорошавин открыл аэропорт «Итуруп». Фото: пресс-служба, citysakh.ru

Аэропорт «Итуруп». Фото: Новая газета

Стоимость строительства аэропорта, который должны были сдать в эксплуатацию в 2010 году, увеличилась с 2006 года с 1,26 млрд до 5,65 млрд рублей в 2014 году, когда  аэропорт на Итурупе наконец-то начал работать. До этого на острове был только военный аэродром «Буревестник», построенный еще японцами. «Гидрострой» не понес никакой ответственности за срыв сроков сдачи в эксплуатацию социально значимого объекта (на четыре года позже). В итоге местные жители были вынуждены по-прежнему добираться до Сахалина на пароме, очередь на который растягивалась на месяцы.

Кстати, о том, как умеет строить «Гидрострой» рассказывал мне и Владимир Кашпрук: «Вокруг школы бетонная площадка сделана из аэродромных плит. Этими же плитами уложена вся территория вокруг управления ЗАО «Гидрострой», в порту и на рыбозаводе в Рейдово. Ни одну аэродромную плиту «Гидрострой» не покупал. Все эти конструкции сняты с аэродрома «Буревестник», со склада хранения. «Гидрострой» выполнял нулевой цикл и бетонные работы при строительстве школы. По документам вообще было оформлено, что там сплошная бетонная площадка толщиной в 30 см с гравийной подсыпкой. Естественно, никакой гравийной подсыпки там не было. Я обращался в Генпрокуратуру, указывал, что у «Гидростроя» нет никаких документов на эти бетонные плиты, но уголовное дело в связи с хищением плит так и не возбудили».

Отдельно следует сказать о реконструкции портовой инфраструктуры в заливе Китовый и строительстве 130-метрового глубоководного грузопассажирского причала, а также морского вокзала на Итурупе, которые обошлись федеральному и областному бюджетам в 2 млрд 499 млн рублей, хотя изначально предполагалась потратить 665 млн.

Подрядчиком на строительстве портпункта в заливе Китовый была опять же компания «Гидрострой». Собственно и пирс этот нужен был прежде всего для судов «Гидростроя», который вообще не сам строил этот сложный объект, а нанял субподрядчика — корейскую компанию «Keumto Constraction», имеющую большой опыт строительства гидротехнических сооружений по всему миру.

В настоящее время обслуживание грузопассажирских рейсов и комплексное обслуживание судов рыбопромыслового флота на терминале в заливе Китовый осуществляет ЗАО «Гидрострой». На сайте компании этот пирс называется «Морской терминал «Курильск» (с уточнением — «погрузочно-разгрузочный участок ЗАО «Гидрострой»). Компания Верховского именует себя «субъектом естественных монополий в сферах услуг в транспортных терминалах и речных портах». Обслуживая пирс, «Гидрострой» берет деньги за погрузку-разгрузку товаров на пирсе и за предоставление причалов для стоянки судов. А также взимает по 130 рублей (за обслуживание) с каждого пассажира, отправляющегося теплоходами «Игорь Фархутдинов» или «Паларес» с Итурупа на Сахалин.

Не заплатишь «Гидрострою» 130 рублей, не посадят на теплоход, несмотря на купленный билет за 6000 рублей. Действительно, монополист.

В этом году Транспортная прокуратура Сахалинской области выявила факты систематических нарушений ЗАО «Гидрострой» требований Технического регламента о безопасности объектов морского транспорта при эксплуатации причалов в «Морском терминале «Курильск». «Существенная угроза охраняемым общественным отношениям заключается в пренебрежительном отношении общества [ЗАО “Гидрострой] к исполненнию своих публично-правовых обязанностей по соблюдению при осуществлении хозяйственной деятельности <…> требований к безопасности объектов морского транспорта», — сказано в решении Арбитражного суда Сахалинской области, привлекшего ЗАО «Гидрострой» к административной ответственности и оштрафовавшего его на 100 тысяч рублей. Но что такое 100 тысяч для монополиста!

 ***

Уже двадцать лет государство выделяет из бюджета огромные деньги на развитие Курил. Но, по данным Счетной палаты, «ни один из 9 государственных заказчиков программы (кроме Минэнерго, Минрегиона и Росавтодора) в период 2007—2013 гг. не проводил проверку использования средств федерального бюджета» при реализации ФЦП «Социально-экономическое развитие Курильских островов  на 2007—2015 гг.».

То есть все эти годы фактически не было никакого государственного контроля за тем, кто и за сколько строит на Курильских островах.

Разве что сенатор Верховский держит все под своим пристальным контролем…

 

Минтаевый картель

Хотя Александр Верховский передал акции своих предприятий в доверительное управление, членом советов Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ) и Ассоциации добытчиков минтая (АДМ) он остается. «Основная цель АДМ, — как сказано на сайте оранизации, — это защита и поддержка интересов рыбопромышленных предприятий — членов Ассоциации добытчиков минтая». А членами Ассоциации являются в том числе и предприятия, входящие в холдинг «Гидростроя»: ЗАО «Пиленга», ООО «Поронай» и ЗАО «Сахалинрыбаксоюз». Кроме того, в ассоциацию входит и фирма «Остров Сахалин», аффилированная с «Гидростроем», хотя, например, и.о. начальника управления по Приморскому краю и Сахалинской области Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору (Россельхознадзор) Э. Мун в своих обращениях в прокуратуру и МВД о деятельности «Гидростроя» напрямую включает ЗАО «Остров Сахалин» в группу предприятий Верховского.

Еще АДМ ставит своей задачей «участие в подготовке решений органов государственннй власти, реализация которых может оказать воздействие на состояние водных биологических ресурсов». Надо сказать, что ровно этим и занимается сенатор Верховский в Совете Федерации. Например, он является одним из авторов поправок в законопроект о «О рыболовстве и сохранении водных биоресурсов», инициатором которых выступила Ассоциация добытчиков минтая. Эти поправки лишь увеличили возможности крупных рыбопромышлеников в дальнейшем сырьевом экспорте рыбы с Дальнего Востока. Так что лоббируя интересы АДМ, Верховский фактически продвигвет свои собственные бизнес приоритеты.

19 октября 2015 года, выступая на заседании Госсовета, глава Антимонопольной службы Игорь Артемьев, говоря о рыболовстве, сказал: «Эта отрасль — отрасль картелей. Только в последние годы были вскрыты минтаевый картель, вьетнамский картель, норвежский картель, картель по распределению рыбопромысловых участков, крабовый картель и так далее. <…> Что в первую очередь делали эти так называемые ассоциации, которые так любят защищать отрасль? Они занимались тем, что регулировали вывоз рыбы в иностранные государства, чтобы в Россию в том числе завезти поменьше, чтобы цена была повыше».

В решении комиссии ФАС по рассмотрению дела (№1 11/98-12) о нарушении антимонопольного законодательства говорится: «Комиссией установлено, что при ежегодном увеличении предоставляемых квот на вылов минтая на протяжнии 2007—2009 гг. объем поставок на российский рынок не увеличивался и составлял 60—70 тыс. тонн, а увеличение квот влекло лишь увеличение экспорта».

В итоге, по данным комиссии, на российском рынке ощущался дефицит минтая, который пополнялся импортом из Китая, Кореи и Японии, то есть как раз из тех стран, куда российский минтай и продукты его переработки экспортировались членами АДМ. Согласно отчету комиссии ФАС, у ЗАО «Остров Сахалин», например, за время нахождения в АДМ в три раза увелчилась доля экспортных продаж рыбопродуктов.

 

Кроме того, в заключении ФАС говорится, что участниками картельного минтаевого сговора применялись «серые схемы», так как «объемы реализованных рыбопродуктов значительно меньше объемов выловленного минтая. <…>  Партии рыбопродуктов, выловленных российскими судами, эспортируются в КНР и Республику Корея по фиктивным контрактам с фирмами, находящимися в офшорных зонах или в третьих государствах (Панама, Белиз, Иргинские острова, Сингапур, Гонконг и др.), а затем реализуются на территории КНР и Республики Корея уже по отличным от контрактных, более высоким ценам. Сокрытая таким образом от налогооблажения прибыль «оседает» в офорных зонах».

По данным ФАС, минтаевый картель был создан в апреле 2006 года рядом хозяйствующих субъектов — конкурентов, осуществляющих добычу и оптовую реализацию минтая. Для координации деятельности картеля и была создана АДМ. Действовал картель в течение четырех лет. Основным покупателем российского минтая и продукции из него являлась один из крупнейших в мире производителей замороженой и готовой рыбопродукции — компания Pacific Andes International Holdings Limited из Гонконга.

В 2012 году Pacific Andes разместила свои акции на Лондонской бирже, указав в одном из меморандумов для инвесторов, что «контролирует более 60% квот на вылов минтая» в российских дальневосточных морях. То есть, несмотря на то, что вроде бы минтаевый картель более не существует, но контроль над выловом минтая по-прежнему осуществляет главный покупатель россйского минтая — китайская фирма Pacific Andes International Holdings Limited. По данным ФАС, она контролирует более 20 рыболовных компаний в Приморье, в Хабаровском, Камчатских краях и Сахалинской области, за которыми закреплены долгострочные — до 2018 года — квоты на вылов минтая, сельди, трески, и имеющих около 30% всего крупнотоннажного добывающего флота Дальнего востока (более 40 судов). Кроме того, Pacific Andes принимала непосредственое участие в создании АДМ. Президент АДМ Зверев, выступая во Владивостоке летом 2014 года на семинаре, организованном Всемирным банком, заявил, что одно из базовых достижений Ассоциации добытчиков минтая — это сотрудничество с развитой рыбоперерабатывающей промышленностью КНР. В общем, минтаевого картеля вроде как больше нет, но дело его живет.

Предприятия, входящие в картель, в том числе и ЗАО «Остров Сахалин», признаны «нарушившим п. 4 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции путем заключения соглашения, которое привело к сокращению производства товаров, и участия в нем». Межде тем, штраф по административному делу в сумме 11,23 млн рублей, наложеннный ФАС на ЗАО «Остров Сахалин», фирма до сих пор не оплатила. Вместе с тем, отраслевой портал Fishnet.ru сообщает, что только в 2014 году ЗАО «Остров Сахалин» предположительно поставило на экспорт 38,667 тысячи тонн выловленной по российской квотам рыбы оценочной стоимостью 51,3 млн долларов США.

В письме и.о. начальника управления по Приморскому краю и Сахалинской области Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору (Россельхознадзор) Э.Муна заместителю Генерального прокурора по Дальневосточному федеральному округу Ю.Гулягину говорится о ежегодном увеличении экспорта минтая, сельди, трески, камбалы, лососевых, кальмаров в Китай и Корею. «Взамен вывезеного сырья на российский рынок поставляется рыбопродукция глубокой переработки с высокой добавленной стоимостью (в основном филе минтая, крабовые палочки, сушенная рыба и др.). При этом часть такой рыбопродукции (филе минтая) имеет содержание глазури (до 40%) и полифосфатов (влагоудерживающих компонентов)». При этом,

когда китайцы продают нам филе минтая, изготовленного из мороженного минтая, поставляемого российскими компаниями китайским закупщикам, 40% глазури уже входит в стоимость товара.

Мун называет компании, которые экспортируют свою продукцию исключительно в офшоры. Среди них и перечисленные компании холдинга «Гидрострой. «Есть вероятность, что за офшорными компаниями, в адрес которых реально поступает рыбопродукция, скрывается компания «Пасиффик Андес», — пишет Мун.

Кроме того, Мун указывает, что до образования Управления Россельхознадзора по Приморскому краю и Сахалинской области, удостоверения качества рыбной продукции выдавались представителем ФГБУ «Нацрыббезопасность» «формально на неустановленную продукцию исключительно по данным, заявленным экспортером». «Бесконтрольность вполне устраивала недобрососвестных рыботорговцев Сахалинской области, а именно группу компаний ЗАО «Гидрострой». Данные компании могли бесконтрольно получать на любой объем и любой вид рыбопродукции ветеринарные сертификаты формы 5i (для экспорта из РФ водных биресуросов. — Е. М.) и сертификаты здоровья, не предоставляя никаких документов, указывающих на прослеживаемость в ветеринарно-санитарном отношении продукции, ее происхождение, качество и безопасность. Полагаем, что такого положения дел указанные компании достигли незаконными методами, а также не без применения необоснованного давления на должностных лиц, выдававших как заключения, так и сертификаты».



Как работает стандартная схема по вывозу рыбопродукции в офшоры? Компания в российском порту подает заявку на получение ветеринарного сертификата формы 5i для вывоза продукции, например, в КНР или в Республику Корея, предъявляя копию фиктивного контракта с фирмой, зарегистрированной в офшоре, без оформления сертификата здоровья, указывающих на то, что продукция по санитарным нормам соответствует требованиям стран-импортеров — КНР и РК. В иностранном порту, в основном в корейском Пусане, продукция хранится в холодильниках до проведения биржевых торгов, на которых реализуется не компаниями-импортерами, указанными в сертификатах формы 5i, а российскими компаниями по более высоким ценам. Разница в цене оседает в офшорной зоне. Далее представители российских компаний-продавцов предоставляют в Россельхознадзор дополнения к контракту с указанием  реальных получателей продукции для оформления сертификатов здоровья.

Для прекращения работы этой схемы, Управление решило направить в порт Пусана своего эксперта, чтобы на месте оформлять заключения, необходимые при выдаче сертификатов здоровья. Присутствие российского эксперта в корейском порту облегчало получение документов для честных экспортеров, а вот для недобросовестных, наоборот, блокировало возможность их получения на продукцию неизвестного происхождения. А кроме того, эксперт получал информацию о реальных объемах и видах экспортируемой продукции, а также о конечном покупателе и стоимости продукции.

В порту Владивостока инспекторы Управления многократно обнаруживали рыбную продукцию (минтай, икра), которая не соответствовала предъявленным документам: не совпадали даты, количество, а также отсутствовали удостоверения качества и безопасности изготовителя, а иногда и вообще не было документов, подтверждающих происхождение рыбопродукции. По этим фактам в отношении компаний ЗАО «Курильский рыбак» и ЗАО «Остров Сахалин» неоднократно возбуждались дела об административных правонарушениях.

Все это, по словам Муна, не устраивало АДМ и «Гидрострой». «Началась кампания по дискредитации Управления в средствах массовой информации, в правоохранительных и иных органах государственной власти». Управление стали обвинять в «применении административного ресурса» и в «закошмаривании бизнеса». «Для оказания давления на Управление и дестабилизации его работы вышеуказанные и иные недобросовестные компании во главе с Г.С.Зверевым (президент АДМ. — Е. М.), владея серьезными финансовыми ресурсами, в целях обеспечения бесконтрольного оборота рыбопродукции также оказывают влияние на должностных лиц государственных органов и органов местного самоуправления. Основное давление происходит в Сахалинской области, чему, на наш взгляд, способствует произошедшее сращивание интересов некоторых хозяйствующих субъектов с чиновниками Администрации Сахалинской области и членами Совета Федерации».

Например, в августе 2013 года Э.Мун обращался к прокурору Сахалинской области Н.Рябову с просьбой «принять меры прокурорского реагирования по фактам необоснованного вмешательства вице-губернатора Сахалинской области Сергея Карепкина в деятельность государственного органа». Речь идет о том самом Карепкине, который сейчас находится в следственном изоляторе «Матросская тишина» по обвинению в получении взятки в особо крупном размере вместе со своим бывшим шефом — губернатором Сахалинской области Александром Хорошавиным. А звонил Карепкин в Управление по Приморскому краю и Сахалинской области Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору с требованием оформить ветеринарный сертификат формы 5i на продукцию ООО «Посейдон» на вывоз в Китай партии минтая массой 135177 кг, выловленного в рамках прибрежного рыболовства.

Дело в том, что рыбопродукция, выработанная из водных биологических ресурсов, добытых при осуществлении прибрежного рыболовства, согласно ряду действующих постановлений правительства, должна быть выгружена в российском морском порту и оформлена с прохождением ветеринарного контроля как документарного, так и физического. Но фирма «Посейдон», не хотела выгружать на берег минтай, находящийся на транспортном рефрижераторном судне «Грин Тундра», а требовала выдать ей ветеринарный сертификат без проведения лабораторных исследований.

Как член ОНК Москвы на днях я навестила экс-губернатора Сахалинской области Александра Хорошавина и  бывшего вице-губернатора Сергея Карепкина в московском СИЗО-99/1 ФСИН РФ. На тюремное содержание бывшие руководители Сахалина не жалуются. Тюрьма эта, по сравнеию с остальными, можно сказать, элитная.

Поинтерсесовалась у Сергея Петровича Карепкина его звонком в Управление по Приморскому краю и Сахалинской области Россельхознадзора с требованием оформить ветеринарные документы для фирмы «Посейдон». «Звонил, — честно ответил Карепкин. — А что мне оставалось делать?! В море суда  перегрузили рыбу на судно-холодильник, оно пришло во Владивосток, а там не дают сертификаты. Говорят, рыбу надо проверить, вдруг она чем-то заражена. Да чем она может быть заражена? Она же из моря! Там была рыба не только фирмы «Посейдон», но других компаний, в том числе и Верховского. Они пришли ко мне и говорят, вот, мол, не пропускают. Ну я и позвонил. Кто знал, что так получится. Да там всего-то было 100 тонн минтая!» — рассказывает Карепкин.

Заместитель главы Россельхознадзора, главный ветврач РФ Николай Власов неоднократно говорил, что многие крупные компании изначально нацелены на хищническое использование природных ресурсов: «А Верховский — это предприниматель компрадорского типа — урвать и сбежать. Карепкин  у них был основным функционером, который крышевал их нелегальный бизнес. Мы с ним схлестывались по этому поводу» (из интервью  журналу «Эксперт»).

Надо сказать, что усилия крупных рыбопромышленников по освобождению их продукции от ветеринарного и фитосанитарного надзора были не напрасны. С 1 января 2016 года вступают в силу поправки в закон «О ветиренарии». Об этом на заседании Госсовета по рыболовству в октябре этого года заявил помощник Президента России Андрей Белоусов: «Он (закон) дает право по перечню продуктов, который определит правительство (но рыба, очевидно, должна попасть в этот перечень), аттестованным специалистам самостоятельно заполнять эти сертификаты. То есть капитан, пройдя соответствующую аттестацию, сможет самостоятельно, без сотрудников ветнадзора заполнять эти сертификаты».

То есть сам ловит и сам сертификаты здоровья выписывает. Очень удобно!

Экспорт как основа

Минтай вот уже долгие годы продолжает оставаться самым значимым объектом промысла в России. На Сахалине и Курилах минтай — это больше 55% всей выловленной рыбы. Во время путины (два раза в год) каждое рыболовное судно добывает ежедневно 100—140 тонн минтая. И большая часть выловленного минтая идет на экспорт.

Евросоюз является крупнейшим потребителем минтая — примерно 900 тысяч тонн в год. Причем основной потребляемый вид — это филе. Сейчас на европейский рынок поступает около 30 тысяч тонн российского филе минтая (сделанного из 90—100 тысяч тонн сырья), это около 11,2% от общего объема импорта минтаевого филе в ЕС. Больше половины поставок (51,9%) идет из США, а 37,1% — это филе двойной заморозки из Китая. Китайская доля европейского рынка — это собственно то, что российские рыбодобытчики продают в Китай в виде сырья.

На том же заседании Госсовета в октября с.г. нынешний губернатор Сахалинской области Олег Кожемяко говорил: «Потерять нишу на мировом рынке очень легко, восстановить — практически невозможно. К примеру, 15 лет назад мы производили 100 тысяч тонн филе минтая, занимали лидирующие позиции на европейском рынке. Однако после введения международной экологической сертификации этот рынок быстро захватили американские производители филе». Ошибается губернатор Кожемяко, не из-за международной экологической сертификации Россия потеряла свои позиции по производству филе минтая, а потому что рыболовецким фирмам-гигантам, таким, как тот же «Гидрострой», выгоднее экспортировать сырье минтая, а не перерабатывать его на заводах. Например, в феврале 2013 года только по одному договору дочерней фирмы «Гидростроя» — Gidrostroy Holding Co с американской фирмой Trident Seafoods в корейский порт Пусан было поставлено российского минтая на суммму 3 млн 950 тысяч долларов. (Подтверждающие это документы есть в распоряжении редакции).

А до этого, в 2008 году дочерняя фирма Gidrostroy Holding Co — компания Polar Bear Seafoods Inc заключила контракт с компанией Trident Seafoods, по которому эта компания получила эксклюзивное право выступать торговым агентом на рынке США  при реализации ее продукции. О создании нового транс-тихоокеанского партнерства морепродуктов через сотрудничество «Гидростроя» с Trident Seafoods в октябре 2008 года на портале рыбной отрасли Fishnet.ru рассказывала Ирина Меншуткина, президент компании Polar Bear Seafoods Inc. В этом письме говорится, как велик  и могуч «Гидрострой», созданный Александром Верховским, о том, что «Гидрострой» — это крупнейший поставщик русской высококачественной горбуши и кеты, а также один из крупнейших держателей квот минтая Аляски в российской зоне, а после двух крупных приобретений в 2007 году (в том числе, ЗАО «Пиленга» с собственным океаническим флотом) «Гидрострой» увеличил свои квоты на минтай до 100 000 тонн. Продукция «Гидростроя» поступит на рынок под маркой «Russian Certi Fish», а американская компания Trident Seafoods станет эксклюзивным продавцом блочного филе минтая однократной заморозки, произведенной «Гидростроем». Кроме этого, Trident Seafoods будет обеспечивать контроль качества всего минтая, идущего на переработку в Китай под брендом «Russian Certi Fish».

В этой истории интересна своеобразная транзитная схема, с помощью которой выловленный по российским квотам минтай попадает в КНР, где размораживается, напичкивается «химией», водой, а затем вновь замораживается и поставляется в США, но уже в качестве популярного и известного у американцев — минтая из Аляски.

Итоги личного лоббизма

Несмотря на установленные в России ограничения на экспорт рыбопродукции, изготовленной из водных биологических ресурсов, выловленных при осуществлении прибрежного рыболовства (ФЗ-166 «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» 2004 г.), например, группа компаний «Гидрострой», по данным Управления по Приморскому краю и Сахалинской области Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору, только в одном 2012 году отправила на экспорт 68,36%  рыбы, выловленной по прибрежным квотам, хотя согласно указанному выше закону, весь улов от прибрежного рыболовства должен обязательно поставляться для переработки или заморозки в Россию с дальнейшей реализацией в РФ, а не идти на экспорт.

В конце июня 2013 года был принят закон Закон №148 «Об аквакультуре (рыбоводстве)…», куда почему-то был внесен пункт, по которому разрешается при прибрежном рыболовстве осуществлять перегрузку уловов водных биоресурсов и производство продукции их этих биоресурсов на судах рыбопромыслового флота. Главные инициаторы этого нововведения — член Совета Федерации Александр Верховский и депутат Госдумы Георгий Карлов. Оба от Сахалинской области.

Аквакультура — это разведение рыбы в искусственно созданной среде обитания,  то есть на берегу или в прибрежной полосе. Так при чем здесь перегрузы и суда рыбопромыслового флота, добывающие рыбу в морях и океанах? Естественно, что эти нововведения значительно упростили процесс отправки рыбопродукции на экспорт.

В середине июля того же 2013 года правительство России утвердило список морепродуктов, которые можно свободно перегружать на суда прямо в море. В районе Сахалина и Курил это: минтай, треска, палтус, камбалы, терпуги, окуни морские, тихоокеанские лососи, кальмар, краб, морские гребешки, ламинарии, навага, шипощек, сардина иваси, сайра, кукумария, морской еж, анфельция, алария, костария… И еще десяток морских обитателей, о которых граждане России даже не слышали. То есть все, что можно выловить в российских экономических водах, теперь прямой дорогой разрешено отправлять в Китай, Корею и Японию. При этом сенатор Александр Верховский продолжает рассказывать о перспективах великой пользы этого закона для населения России: «Внесение поправок призвано повысить долю продукции аквакультуры в общероссийской добыче рыбы и других водных биоресурсов. Сегодня она не превышает 5%, а душевое потребление такой продукции составляет 10% от всего рыбного рациона».

Интересно, а где это на Курилах и Сахалине искусственно выращивают морских ежей, минтай, палтус, окуней морских, кальмаров, морских гребешков? В этом регионе в лучшем случае разводят лососей и кету. Так при чем здесь то, что в диком виде водится в морях и океанах? Какое это все имеет отношение к аквакультуре?

Только одно — возможность и дальше бесприепятсвенно экспортировать российские биоресурсы, получать огромные прибыли, лишая россиян рыбы и морепродуктов из своих же морей. С учетом введеного российскими властями продуктового эмбарго и все увеличивающимся экспортом, рыба в России из рядового продукта питания уже стала деликатесом.

По итогам 2014 года, когда уже остро стоял вопрос об импортозамещении, группа компаний ЗАО «Гидрострой», как сказано на сайте Fishnet.ru, заняла 4-е место по экспорту российских биологических ресурсов за рубеж — 91,44 тысячи тонн на  сумму в 143 млн долларов. В то время, как на внутренний рынок холдинг «Гидрострой» отправляет всего 7% продукции. «Сегодня «Гидрострой» вылавливает 230 тыс. тонн рыбы из 880 тыс. тонн — 23% общего вылова в Сахалинской области, — такого показателя нет ни у кого из игроков в рыбной отрасли. Если же брать только курильские промысловые зоны (не считая остров Сахалин), то получится совсем уж солидное положение: 212 тыс. тонн из 413 тыс. тонн общего вылова — более 50%” (цитата по журналу “Эксперт”).

Тогдашний губернатор Хорошавин и сенатор Верховский обсуждают работу рыбозавода. Фото: Сергей Красноухов, skr.su

Принятые законодателями поправки Верховского, Карлова и др. уже привели к 50-процентному дефициту рыбы на рыбоперерабатывающих заводах. Тридцать крупнейших российских рыбоперерабатывающих предприятий вынуждены были снизить до 30% объем выпускаемой продукции из-за нехватки сырья. Резко выросла цена на доставляемую на берег рыбу. Мурманская «прибрежная» рыба — треска и пикша подорожали в два раза. Кроме того, изменения в законодательстве привели к значительному росту цены и дефициту сельди в российских магазинах. Почти вся дальневосточная сельдь после якобы переработки на судах ушла на китайские заводы. Не зря же в предместьях китайского Циндао недавно построили гигантский рыбоперерабатывающий завод и открыли крупнейшую в Азиатско-Тихоокеанском регионе торговую площадку для продажи рыбопродукции, прежде всего из России. Старое законодательство по прибрежному рыболовству давало работу жителям прибрежных поселков. Теперь, когда доставка уловов на берег перестала быть обязательной, перерабатывающие предприятия стали закрываться, а люди остаются без работы.

Как, например, в рыбоколхозе им. Кирова в поселке Озерский Корсаковского района Сахалина, тоже принадлежащем ныне «Гидрострою». Во времена СССР — колхоз-миллионер, а в новой России — убыточное хозяйство. В 2008 году правительство области предложило колхозникам передать колхоз в управление депутату областной Сахалинской думы и «эффективному менеджеру» — Александру Верховскому, который обещал спасти предприятие, сохранить инфраструктуру и дать рабочие места. В итоге из 2000 колхозников Верховский оставил работать не больше 80 человек. Другой работы в поселке нет. Людям не на что жить. Продать жилье и уехать? Да никто не купет! У рыбоколхоза им. Кирова были квоты на вылов минтая и трески. Однако Верховский решил передать эти квоты другой своей компании — ЗАО «Пиленга».

Рыбколхоз имени Кирова. Фото: сайт «Гидростроя».Фото: Новая газета

«Он (Верховский) от колхоза Кирова ничего не оставил, только название», — говорит Анатолий Осадчий председатель НКО «Ассоциация прибрежного промысла», председатель ассоциации рыбопромышленников Корсаковского района. Кстати, теперь рыбное сырье в рыбхолхоз им. Кирова завозят с предприятий Верховского с о. Итурупа. Верховский решил, что так ему будет  дешевле.

Сказка о разбитом корыте

Летом 2013 года жители вымирающего поселка Озерский написали письмо Путину, в котором пожаловались на сенатора Верховского. «Поверив господину Верховскому на слово, мы вместо обещаного рая остались у разбитого корыта. <…> Раньше предприятие было градообразующим, сейчас превратилось в «соковыжимающее».  В местных же газетах мы продолжаем читать отчеты сахалинских властей и заявления самого сенатора, из которых следует, что только на развитие нашего бывшего колхоза и нашего поселка ЗАО «Гидрострой» потратило 400 миллионов рублей. Об обратном сами за себя говорят развалины жилых домов и проданные рыболовные суда», — писали жители Озерского. (Текст обращения и подписи есть в распоряжении редакции) Новые владельцы рыбхолхоза, по словам авторов письма, распродали промысловые суда, оставив рыбаков без работы. На предприятии теперь в основном работают гастарбайтеры из Средней Азии. Зарплата в 7—10 тысяч рублей не устраивает жителей Озерского, в то время, как только за коммунальные услуги они должны платить по 5 тысяч.

Кстати, бывший губернатор Сахалина Хорошавин в письме заместителю полномочного представителя Президента РФ в ДФО С.Левкову объяснил наем иностранной рабочей силы в поселке Озерском «переходом на освоение новых технологий промысла, ведением контроля и качества выпускаемой на экспорт продукции в соответствии с мировыми стандартами, соблюдением технологического процесса при обработке рыбы». «Возникает необходимость в привлечении квалифицированных иностранных специалистов, так как на территории Сахалинской области нет специалистов данного профиля и квалификации, — пишет бывший губернатор. — Граждане РФ зачастую демонстрируют безответсвенное отношение к работе (прогулы, злоупотребление алкоголем в рабочее время, халатное отношение к технике безопасности труда), что, безусловно, приводит к травмам и низкой производительности труда».

 


28 ноября 2013 года в редакциях информационных агентств SakhalinMedia в  Южно-Сахалинске и PrimaMedia во Владивостоке прошли обыски в связи с возбуждением по заявлению члена Совета Федерации Александра Верховского уголовного дела по статье «Клевета». Причиной обысков стала статья, опубликованная SakhalinMedia 25 июля 2013 года «Спасти их от сенатора-бизнесмена просят Путина жители поселка Озерский на Сахалине». Были изъяты все редакционные системные блоки, у сотрудников отобрали личные флэшки и ноутбуки.

Искали оригинал письма жителей поселка Озерский президенту Путину. Видимо, следователи ошиблись адресом. Оригинал надо было искать не в СМИ, а в Администрации президента.

Редакция SakhalinMedia обратилась в Генпрокуратуру  с жалобой на незаконость действий сотрудников правохранительных органов. СПЧ расценил обыски «как восприпятствование законной деятельности журналиста» и направил письмо прокурору Сахалинской области с просьбой «взять под контроль ситуацию с обысками в редакции информагенства SakhalinMedia». Взяли.  По домам жителей поселка Озерский, подписавших письмо Путину, стали приходить люди, представляющиеся сотрудниками областной прокуратуры с требованием отказаться от подписей. Но уголовное дело застопорилось.

Дорога в рыбколхоз. Фото: Новая газета

Тогда осенью 2015 года Верховский обратился в суд с иском к SakhalinMedia и PrimaMedia о защите  чести, достоинства и деловой репутации, а также компенсации морального вреда (по 5 млн рублей с каждого). В исковом заявлении Верховский сетует, что «в ходе расследования по уголовному делу ни в редакции ответчика, ни у указаных адресатов (копии отправлены председателю Правительства РФ Медведеву, спикеру СФ Матвиенко, полпреду президента в ДФО Ишаеву. — Е. М.) письмо, на которое ссылается автор статьи найдено не было». Интересно, а в кабинетах Путина, Медведева, Матвиенко и примкнувшего к ним Ишаева тоже искали? Иначе как сенатор узнал, что у высших чиновников государства нет письма из Озерского?

«Его [письма] просто не существует в природе», — утверждает  в своем иске Верховский. Хотя даже ныне бывший губернатор Сахалина Хорошавин в том же письме С.Левкову признает, что «по информации руководителя Озерского управления администрации Корсаковского района, подписи под обращением в адрес полномочного представителя президента РФ в ДФО поставлены гражданами, действительно проживающими в селе, но 50% подписантов яляются пенсионерами».

— Пенсионеры разве не могут написать президенту о том, что творится в их поселке?  — спросила я Александра Вадимовича Хорошавина в московском СИЗО-99/1 ФСИН РФ.

— Да понимаете, у них осталась еще советская психология. У нас у всех еще советская психология. И у меня тоже, — говорит экс-губернатор.

— Так писали жители письмо Путину?

— Писали», но 50% подписавших — это пенсионеры, а часть подписей подделана. Когда я заступил на должность, сказал Верховскому: «Обратите внимание на это предприятие. Перспективный район Корсаковский». У колхоза были долги, Верховский их погасил. Вложил туда свои деньги. Большие. Мы создали частно-государственное партнерство. Верховский взял на работу 140 человек из колхоза. Все местные. Ну на путину, конечно, нанимаются приезжие. Так всегда было.

— Но в колхозе-то раньше работало 2000 человек. Что остальным делать? На что жить?

— Ну, раньше в колхозе вообще работало 5—6 тысяч человек. Так это было раньше. Мы взяли на себя часть социальных вопросов. А Верховский молодец, он построил там современное предприятие. Но чтобы оно работало, он вынужден завозить сырье со своего завода с Итурупа. В Озерском сейчас выпускают хорошие качественные консервы горбуши и делают филе минтая. Между прочим, Верховский заключил договор с «Макдональдсом», чтобы не какая-то там котлета была в бутерброде, а настоящая рыба. И сейчас он поставляет готовое филе минтая в «Макдональдс», — с гордостью сказал мне Александр Хорошавин.

Вынуждена огорчить: на официальном сайте «Макдональдса» нет даже упоминания о «Гидрострое» как поставщике готового рыбного филе для их ресторанов фаст-фуд. «Макдональдс в России» указывает своим единственным постащиком рыбы для «филе-о-фиш» фирму из Великого Новгорода — 100-процентную дочку крупной датской фирмы по переработке рыбы.

Квоты в направлении вечности

На заседании Госсовета по вопросам развития рыбохозяйственного комплекса президент Путин сказал: «Понятно, что бизнес заточен на получение прибыли и работает там, где ему выгодно. Однако ни нашу страну, ни ее граждан абсолютно не устраивает, когда ассортимент и цены рыбы на внутреннем рынке определяются зарубежными поставщиками и ритейлерами, <…> и когда почти 70 процентов доходов рыбодобывающих предприятий основано на экспорте сырья. При этом напомню, что именно государством были созданы условия для такого высокодоходного вида деятельности, как рыбная деятельность. Наряду с историческим принципом распределения квот на долгосрочный вылов наши рыбопромышленники платят всего 15 процентов ставки сбора за пользованием биоресурсами, имеют и другие преференции. В результате рыбопромышленный сектор, безусловно, набрал солидный вес. Но проблема в том, что эти достижения мало повлияли на укрепление продовольственной безопасности страны, развитие прибрежных территорий и смежных отраслей экономики. Я помню, как мы дискутировали на этот счет в 2007 году (на предыдущем Госсовете по рыболовству. — Е. М.), помню, как мне говорили тогда, что нужно перейти на исторический способ выдачи квот и как мы все после этого возрадуемся, как всем будет хорошо. Действительно, есть такие люди, которым очень хорошо. Теперь нужно распределить это «очень хорошо» на все население страны».

Однако люди, «которым очень хорошо», и дальше хотят, особо ничего не вкладывая, распоряжаться долголетними квотами на вылов водных биоресурсов. Квоты эти распределяет Росрыболовство по историческому принципу, то есть на основании данных государственного рыбохозяйственного реестра об объеме добытых заявителями водных биоресурсов за девять лет, предшествующих расчетному году. Кстати, о рыбохозяйственном реестре на Госсовете говорил и руководитель ФАС Артемьев: «Есть такая военная тайна, называется «рыбохозяйственный реестр». Несмотря на все наши усилия, мы так и не смогли ни разу на него даже краем глаза взглянуть. <…>  Это движение квот пока по непрозрачным каким-то правилам. <…> Это спрятанный документ, который, несмотря на официальные запросы, мы увидеть не смогли. Даже банковская налоговая тайна охраняется не так сильно».

По действующему законодательству, квоты сейчас выдаются на 10 лет, а до 2008 года давались всего на 5. Весной этого года все тот же депутат Госдумы от Сахалина Георгий Карлов внес законопроект, закрепляющий за предприятиями квоты на вылов рыбы на 25 лет. По мнению депутата, это «позволит укрепить позиции российских рыбаков на рынке по сравнению с иностранными конкурентами».

Сенатор Верховский оказался даже чуть «скромнее» — предложил выдавать квоты на 20 лет, подтвердив, что не зря входит в руководящий состав Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ). «Основная работа ВАРПЭ, — сказано на сайте организации, — нацелена на сохранение исторического принципа наделения квотами на вылов водных биологических ресурсов. Идея введения так называемых «квот под киль» (то есть только тем компаниям, которые имеют собственный флот, построенный на российских судоверфях. — Е. М.) и отход от долгосрочного закрепления квот грозят дестабилизацией отрасли».

На Госсовете губернатор Сахалина Олег Кожемяко чуть снизил планку мечтаний законодателей Верховского и Карлова: «Учитывая очевидный экономический эффект, достигнутый долгосрочным закреплением квот, а также для дальнейшего развития отрасли и создания условий для привлечения инвестиций, предлагаем увеличить срок закрепления долей квот на вылов морских биоресурсов до 15 лет». На это руководитель ФАС Игорь Артемьев напомнил, на каких условиях в 2008 году предприятия получали эти самые квоты. Рыбодобытчики должны были ловить рыбу только на своих собственных судах, они обязательно должны были доставлять улов на территорию России, — то есть квоты «под киль». «Восемь лет назад эти решения принимались, но из-за того, что этому было оказано определенное противодействие, собственно, ничего из этого не случилось, произошло только одно — распределение на 10 лет этих квот, отрасль действительно окрепла, но я бы сказал, что при этом очень небольшая группа лиц обобществила эту ренту в своих интересах», — подытожил Артемьев.

Кстати, в 2008 году президент Ассоциации добытчиков минтая Герман Зверев утверждал, что, «получив квоту на 10 лет, рыбопромышленники инвестируют в развитие отрасли в два-три раза больше, чем записано в Федеральной целевой программе развития рыболовства. Причем не только в модернизацию и строительство судов, но и в перерабатывающие предприятия на берегу. А это — дополнительные рабочие места в приморских регионах». (цитата по «Российской газете»).

Мы теперь знаем, на что пошли полученные квоты: в том числе и на поставку минтая в Корею и Китай в рамках минтайного картеля.

Более 90% экспортируемой из России рыбы — это замороженная рыба без головы. Крупнейшие мировые рыбные «фабрики» — Китай и Корея — получают 98% российского минтая, 80% экспорта пикши и 25% экспорта трески.

Каковы же итоги обсуждения вопроса с квотами на Госсовете? В опубликованных поручениях президента говорится: «Правительству Российской Федерации: <…> обеспечить внесение в законодательство Российской Федерации изменений, предусматривающих: увеличение срока действия договора о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов до 15 лет». Так что «рыбные короли» могут спать спокойно. Людям,  «которым очень хорошо» сейчас,  станет еще лучше.

Во имя властелина

«Я думаю, что по принципиальным вопросам, которые касались Сахалинской области или рыбной промышленности, мой голос там (в Совете Федерации) был всегда слышен», — это говорит Верховский.

В честь «Гидростроя» в Курильске на о. Итуруп не так давно назвали улицу. Думаю, следующий шаг — площадь имени Верховского, бизнесмена и контролера в одном лице. Страна, как говорится, должна знать и чтить своих героев. «Имя Верховского А.Г. уже сейчас навсегда останется в истории района, потому что повернуть вспять всю жизнь в районе под силу только неординарному человеку, созидателю с большой буквы», — было написано в характеристике на господина Верховского, представляемого к награждению медалью Ордена «За заслуги перед Отечеством» 2-й степени.

А вот у президента Корсаковской ассоциации рыбопромышленников Анатолия Осадчего объективка на сенатора Верховского совсем другая: «Куда ни кинь, все это Верховский. Курилы все под ним. То есть он сейчас на Сахалине как властелин…»

P. S. Продолжение следует…

Елена Масюк

Новая газета

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *